|
|
Основания Западной цивилизации
Современная Западная цивилизация возникла в XV – XVI веках вместе со
становлением капитализма на западной окраине Европы, сначала в Голландии,
затем в Англии. Наемный труд был известен с древнейших времен, но
возникновение особого капиталистического уклада, при котором наемный труд
одних людей используется другими для извлечения из него дохода (прибыли),
было связано с притоком в Европу огромного количества золота и серебра из
Южной Америки. Испанские галеоны вместе с несметными сокровищами несли в
своих трюмах в Старый Свет великие духовные и социально-экономические
потрясения. Наплыв в Европу драгоценных металлов разрушил существовавшую в
ней систему обращения, что привело к резкому росту цен на все товары.
Намного медленнее росла заработная плата наемных работников. Образовавшийся
разрыв между ценами всех товаров и ценой наемного труда (рабочей силы) и
определил выгодность его использования для извлечения из него доходов
Разница была достаточно велика, чтобы наниматель, присваивая созданную
трудом работников стоимость и выплачивая им только тот минимум, на который
они были вынуждены соглашаться, получил возможность жить и обогащаться за их
счет тем больше, чем меньше им заплатил. И чем глубже становилась нищета на
одном полюсе, тем больше росло богатство на другом полюсе возникшего
гражданского общества, состоявшего из разобщенных индивидов (буквально:
неделимых, атомов), в котором богатые вели и ведут с тех пор непрерывную
войну против бедных, регулярно закрепляя свои победы над ними
демократически. Что, собственно, и составляет истинную цель и суть
демократии. Так же как суть рыночной экономики составляет постоянное
сведéние к минимуму цены ее наиболее массового товара - рабочей силы – для
извлечения максимальной прибыли.
Другим важнейшим основанием, на котором изначально строилась Западная
цивилизация, была отмена соблюдавшегося до этого в Европе с античных времен
религиозного запрета на ростовщичество. Первым предпринимателям для
извлечения прибыли из наемного труда нужен был оборотный капитал. Деньги для
этого можно было тогда взять только у ростовщиков – почти исключительно
иудеев. Поэтому тяжкий грех ростовщичества ("у вора взыщи вдвое, у
ростовщика – вчетверо") был не только узаконен, но и стал преподноситься как
благодеяние, и оформился впоследствии в финансовый капитал.
Наряду с этим безудержное, ненасытное стяжательство было освящено возникшей
тогда же антихристианской по своей сути религией предопределенности.
Согласно ей каждый человек еще до рождения предопределен или к вечному
спасению, или к вечной погибели. И никакими своими поступками он не может
изменить этого предопределения. Свидетельствами богоугодности, даже святости
человека служат его удачливость, сила и, главное, богатство. Если же этого
нет, значит, он проклят (их) богом и не заслуживает снисхождения. Он изгой
от бога и может, и должен быть гоним людьми.
Полнейшая бесчеловечность, снятие моральных запретов на любую подлость,
насилие и обман, разобщение людей и разжигание беспощадной войны каждого
против всех – именно это было необходимо нарождавшемуся капиталу. Именно это
и обеспечивала новая религия, воцаряя в душах людей кромешный мрак
одиночества, ожесточения и отчаяния.
Духовные (или, лучше сказать, антидуховные, богоборческие) начала Западной
цивилизации были закреплены и оформлены кровавой экспроприацией английских
крестьян при огораживании земель под пастбища для овец. Ради прибылей от
продажи шерсти у крестьян отнимали возделываемые ими земельные участки,
разрушали стоявшие на них дома, а затем их самих, бездомных и гонимых,
продавали в рабство и вешали вдоль дорог по закону о бродяжничестве. Всего
при этом было казнено около 72 тыс. человек.
Из Англии эта цивилизация алчности и насилия, как из змеиного гнезда,
расползлась по Западной и Центральной Европе и выплеснулась в остальной мир,
покоряя и грабя страны и народы. Колониальный, а с середины ХХ века
неоколониальный грабеж и эксплуатация изначально были и остаются важнейшим
экономическим основанием Западной цивилизации. Без этого ее существование
немыслимо и невозможно.
Долевое участие в доходе
Общественное отношение капитала начинается с того, что наниматель
присваивает созданную работником стоимость товара и затем из нее, как своей
собственности, отрывает работнику (с кровью из сердца) тот минимум, за
который он соглашается работать. Все, что ему не доплачено - законная добыча
нанимателя. Так было и так есть. Но кто сказал, что производство может и
должно строиться только на таком бесчеловечном отношении к ближнему, что
работник может и должен получать из созданной им стоимости товара именно
прожиточный минимум, а не, скажем, твердую, заранее оговоренную долю этой
стоимости?
Именно так, по долевому принципу, пропорционально распределялись между
работниками результаты совместного труда в русских артелях, в том числе и в
промышленных. Мало кто знает, что в XVIII — начале XIX века артельные формы
труда широко применялись в России на заводах и фабриках. "Именно это, –
пишет О.Платонов,- явилось одной из главных причин бурного развития крупной
железоделательной промышленности, которая уже с 1730-х обогнала Англию. К
1782 выплавка чугуна на всех заводах России достигла 7,5-8 млн. пудов, то
есть была значительно выше, чем в Англии, Швеции, Франции, Пруссии или
Америке… Хорошие результаты наблюдались и в других отраслях.
Однако в начале XIX века Россия начинает сильно отставать экономически от
западных стран. Одна из главных причин отставания, наряду с тормозящим
влиянием крепостного права, — механическое копирование в российской практике
западноевропейских форм организации труда, отказ от артельности, ставка на
несвойственный русскому народу индивидуализм, превращение работника в
“винтик” производства". Тогда, как и сейчас, многие представители высших
сословий были патриотами не Русской, а Западной цивилизации.
Здесь необходимо отметить, что, в противоположность вульгарным
марксистам-западникам, сам К.Маркс считал сохранение русской артели, как и
русской общины, большим благом и преимуществом России перед странами Запада.
В начале последнего советского десятилетия, в ходе движения за коллективную
организацию труда, пропорциональное разделение результатов труда (валового,
то есть всего дохода) вновь стало стихийно пробиваться к жизни то в одном,
то в другом месте. Оно, по сути, рождалось заново, уже на новой основе.
После долгого и мучительного переходного периода мы тогда вплотную подошли к
тому, что К.Маркс называл "высшей формой архаического общества", к
коммунизму – первой его фазе.
Новые формы организации труда возникали в сельском хозяйстве, строительстве,
на транспорте, в других отраслях – как в отдельных звеньях, бригадах, цехах,
так и в масштабе предприятий. С доперестроечных времен и, по крайней мере,
до конца 1990-х годов пропорциональное разделение труда (валового дохода)
успешно осуществлялось в дагестанском колхозе (впоследствии "союзе
собственников-совладельцев") "Шухты". Широкую известность получило
применение пропорционального разделения труда в МНТК "Микрохирургия глаза".
Обратимся к сути дела. Если доход делится пропорционально – на долевое
участие в нем работников и долевые вычеты на общественные нужды – на
развитие производства, оборону, образование и т.д., тогда нет и неоткуда
взяться экономическим формам зарплаты и прибыли. Этим изначально, в исходном
пункте, устраняются все отношения капитала – им не из чего расти. И, что
самое важное, они для современного общественного воспроизводства так же не
нужны и вредны, как были не нужны и вредны русской железоделательной
промышленности XVIII века.
Применительно к пропорциональному распределению валового дохода известное
положение К.Маркса о том, что на первой фазе коммунизма "право
производителей [на потребление – А.М.] пропорционально доставляемому ими
труду" (К.Маркс и Ф.Энгельс, Соч., т. 19, с. 19) представляет собой прямое,
буквальное выражение действительности. Не надо мудрствовать лукаво! Всякий
труд находит свое общественное выражение и общественную меру в валовом
доходе предприятия. И оплата по труду – по самому смыслу этого выражения –
не может быть ничем кроме оплаты по валовому доходу, ничем кроме
пропорциональной части, доли валового дохода.
Долевое участие работников в валовом доходе и есть имманентная форма оплаты
по труду и, вместе с тем, она есть выход за пределы отношений найма и
капитала.
Контуры нового общества
В отличие от разобщенного в человеческую пыль гражданского общества,
посредством которого эгоистический индивид связан с государством,
некапиталистическое общество структурировано.
В традиционном русском обществе (где перед революцией 85% населения
составляли крестьяне, трудившиеся семейно, на общинной земле, при помощи
своих орудий труда) его основной структурой и связующим звеном между
соборной личностью и народом были крестьянские общины. Как это характерно
для элементов любого традиционного общества (т. 1, с. 403), они были слабо
связаны между собой, что, по мысли К.Маркса, легко было преодолеть простой
заменой волости (правительственного учреждения) "собранием выборных от
крестьянских общин, которое служило бы экономическим и административным
органом, защищающим их интересы" (т. 19, с. 405-406). Такой увидел К.Маркс
историческую необходимость. И именно в этой форме она реализовалась четверть
века спустя, когда в ходе революции 1905-1907 годов такие собрания выборных
от общин (крестьянские советы) обеспечили чрезвычайную согласованность и
сплоченность действий крестьян на больших территориях. От крестьян советы
переняли рабочие, а в результате Октябрьской революции они стали основой
всей советской государственности.
Теперь, чтобы выйти из капитализма и соответствующего ему распыленного
общественного состояния необходимо заново оструктурить общество, воссоздать
его первичные элементы по производственной матрице. Долевое участие
работников в валовом доходе делает это не только возможным, но и насущно
необходимым. Оно устраняет разобщающее людей отношение найма и полагает
взамен их общий интерес в коллективном результате, вызывая этим к жизни
производственное самоуправление и необходимость его продолжения в трудовом
общественном самоуправлении – посредством тех же "собраний выборных от
общин". Эти новые Советы будут, в отличие от прежних, не только
непосредственно опираться на первичные трудовые коллективы, но и располагать
для решения возлагаемых на них задач, определенной долей доходов этих
коллективов. Тысячелетняя русская крестьянская община уходит в прошлое, и на
ее место основным структурообразующим элементом общества становится трудовой
коллектив.
Общественное производство и общественное потребление связаны между собой
распределением и обменом. Поэтому, как связующее и опосредствующее звено,
способ распределения доходов определяет и способ производства, и способ
потребления, и формы обмена. Если доходы предприятий распределяются в
обществе по-капиталистически, то есть заведомо и преднамеренно
непропорционально (на заработную плату и прибыль), то таким же,
непропорциональным оказывается в результате и общественное потребление
(немногим - все, остальным – ничего), и общественное производство (не того,
что нужно стране, а сырой нефти для Запада) и общественный обмен
(неэквивалентный, по постоянно растущим ценам в обесценивающихся рублях).
В противоположность этому некапиталистическое, пропорциональное
распределение валовых доходов (на долевое участие работников и долевые
вычеты в общественные фонды) обеспечит пропорциональное общественное
потребление (каждому – по труду), пропорциональное, растущее производство
(того, что нужно нашему обществу, а не мировой олигархии) и свободный
эквивалентный обмен (по пропорциональным ценам в стабильных трудовых
рублях). Если взять в целом, то на смену нынешнему управляемому хаосу
дополняющего, колониального капитализма, на смену дальнейшей деградации и
гибели народа и государства придет планомерное, пропорциональное,
расширенное общественное воспроизводство. Что-то вроде прежнего социализма,
только выше, чище, справедливее и богаче.
Нам ничего не нужно выдумывать. Продвижение вперед по спирали общественного
развития для нас во многом существенно совпадает с возвратом к основным
ценностям Русской цивилизации, а коммунизм – с традиционализмом. Достаточно
лишь очиститься от того мусора и хлама в общественных отношениях, который и
в прошлом, и в последнее время натащили в страну западники всех мастей,
освободить забитые им родники народной жизни, дать им новое, отвечающее
современному уровню производства, обрамление.
Никакое, ни самое древнее и простое, ни самое современное и сложное
производство в капитализме не нуждается. Все это миф и блеф, веками
насаждаемый шейлоками, рокфеллерами и чубайсами. Капитализм нужен не
производству, а нанимателям и стоящему за ними финансовому капиталу.
Капитализм – не закономерный и неизбежный (за исключением Запада, и то в
прежние времена) этап развития человечества, а их способ паразитирования на
человечестве. Это чужая, навязанная нам духовная и социально-экономическая
болезнь общества, которую нужно и можно преодолеть.
Махоткин Александр Георгиевич
|
|
